Go have a lie down
Москва и вообще вся наша широколиственная полоса не располагает к тем страстям, что испытывают жители других стран, где днем укрываются в томной тени, а вечером только и начинается жизнь. Нам бы не замерзнуть, не застудить какой-нибудь орган, не заболеть какой-нибудь родной русской, но оттого еще более цепкой гадостью, не забыть что дома родные некормлены, не заплутать в темной М., не заснуть в опасно-теплом как баня метро, не закутаться от судорожного желания согреться так, что тяжко дышать, и еще много чего нам не за-.
Мы сидим дома, завалившись на диван, закинув ноги на стул перед собой, запивая юбилейную печЭнку черным советстким и теперь уже не очень чаем.
И вот мы сидим, смотрим какое-нибудь кино про жаркую жизнь и у нас уже в первых кадров зарождается вопрос - Зачем? Зачем это все надо? Столько усилий, душевных затрат и все впустую? Вам бы вот нашу да русскую да зимушку, вы бы все свои скандалы оставили прочь.
Замолкнет голос недовольствия в голове и невольно, незаметно заснешь.
Не всегда умели они показывать жизнь так, как следовало, как бы нам было понятно и близко. Или мы, еще не доросшие, не могли осознать что стоит за этими скандалами и резкими словами.
Но во сне все равно иногда приходит та странная свобода и печаль, иногда из-за Европы, а иногда и из-за Атлантического. И хочется, хочется скандалов, жизни с надломом, тихого ужаса и счастья, тихой радости и спокойствия жизни, которое на следующий день - разрыв//надлом//пьянка//чувства рекой//слова рекой//и ты рекой по всей планете. Ты в каждом из нас, плюс минус какие-то гены.
Иногда хочется быть, иногда находишь что ты немногим отличаешься, просто лежишь закинув ноги на стул перед собой.

Мы сидим дома, завалившись на диван, закинув ноги на стул перед собой, запивая юбилейную печЭнку черным советстким и теперь уже не очень чаем.
И вот мы сидим, смотрим какое-нибудь кино про жаркую жизнь и у нас уже в первых кадров зарождается вопрос - Зачем? Зачем это все надо? Столько усилий, душевных затрат и все впустую? Вам бы вот нашу да русскую да зимушку, вы бы все свои скандалы оставили прочь.
Замолкнет голос недовольствия в голове и невольно, незаметно заснешь.
Не всегда умели они показывать жизнь так, как следовало, как бы нам было понятно и близко. Или мы, еще не доросшие, не могли осознать что стоит за этими скандалами и резкими словами.
Но во сне все равно иногда приходит та странная свобода и печаль, иногда из-за Европы, а иногда и из-за Атлантического. И хочется, хочется скандалов, жизни с надломом, тихого ужаса и счастья, тихой радости и спокойствия жизни, которое на следующий день - разрыв//надлом//пьянка//чувства рекой//слова рекой//и ты рекой по всей планете. Ты в каждом из нас, плюс минус какие-то гены.
Иногда хочется быть, иногда находишь что ты немногим отличаешься, просто лежишь закинув ноги на стул перед собой.
